Часть 2. Право и обязанность с позиции несимметричной диалектики. Николай Карпицкий

Вторая часть философского анализа беседы Садху Махараджа «Всё без любви – мёртвое». Интервью об особом пути России». Здесь рассмотрим право и обязанность с позиции несимметричной диалектики

Садху Махарадж утверждает, что право относительно по отношению к обязанности. Он истолковывает обязанность не как какое-то требование извне, а как внутреннее намерение, осознанную позицию по отношению к кому-либо, собственный творческий проект.

Садху Махарадж: «В этой системе, которую мы с вами обсуждали, понятие обязанность – оно имеет отношение к внутреннему намерению, к внутреннему проекту, к тому, что человек считает правильным, ценным, важным… то что он собирается делать. То есть обязанность – это твоя осознанная позиция по отношению к этому миру, по отношению к своей семье, например. Да. То есть, это твой творческий проект. То есть, когда ты исполняешь обязанность, это твоя обязанность, это не то, что тебе ту обязанность нахлобучил там кто-то, старший, жена там, начальник на работе нахлобучил… Это твоя обязанность. Вот когда это твоя обязанность, именно тогда она порождает право».

Садху Махарадж следует вайшнавской традиции, истолковывая обязанность как дхарму, которая присуща самой вечной душе. Эта дхарма определяется причастностью Богу, то есть носит религиозный трансцендентный характер. Однако при переводе слова «дхарма» мы невольно используем слова, которые передают противоречия в повседневной, социальной или правовой сфере человеческой жизни. В результате мы начинаем усматривать эти противоречия в дхарме, несмотря на то, что их там быть не может. Дабы избежать этой ошибки, необходимо разграничивать и уточнять смыслы слов.

В вайшнавской традиции различают вечную дхарму души – джайва дхарму и непостоянную дхарму, связанную с обстоятельствами нашего существования в колесе рождений – наймиттика дхарму, которая включает в себя гражданские обязанности. Джайва дхарма присуща изначальной природе души, а наймиттика дхарма – социальному бытию. Соответственно, джайва-дхарма – это абсолютное понятие диалектической пары, а наймиттика дхарма – относительное понятие, при этом в основе этой диалектической пары лежит вечная дхарма – санатана дхарма, и поэтому между этими понятиями нет противоречия. Чтобы перейти от этой диалектической пары к диалектике права и обязанности, нужно сначала определить, насколько вообще оправдано переводить дхарму как обязанность.

Слову «дхарма» невозможно подобрать точный эквивалент, поэтому мы используем разные слова – долг, закон, нравственный принцип, религиозное учение, религия... Иначе говоря, мы можем лишь описательно передать смысл, и если для этого описания используем разные слова, то их нельзя рассматривать как диалектические противопоставления, ибо эти слова подобраны по причине отсутствия точного термина.

Джайва-дхарма как внутренний долг человека, который лежит в основе его существования, предполагает осознанность, которую мы называем ответственностью, а также целеполгание, которое реализуется во внешней жизни, что мы называем правом. Такое целеполагание мы вполне можем понимать и как собственный творческий проект, который Садху Махарадж называет обязанностью. Все эти слова – долг, ответственность, право, обязанность, мы используем лишь для описания джайва-дхармы, которая трансцендентна, но ни одно из этих слов не является точным эквивалентом джайва-дхармы. По этой причине мы не можем слова, которые мы выбрали из-за ограниченности языка, рассматривать как диалектические пары трансцендентного смысла, в котором таких противопоставлений нет. То есть, когда Садху Махарадж говорит о внутреннем намерении как собственном творческом проекте, то он обращается к той изначальной основе души, в которой право и обязанность не противопоставляются. Противопоставление между ними возникает только во внешней сфере – в повседневной или в социальной жизни, и это противопоставление фиксируется в правовой системе общества.

Итак, вывод. Диалектика права и обязанности неприменима к джайва-дхарме, поэтому ее нельзя использовать, когда Садху Махарадж говорит об обязанности как внутреннем намерении, однако она вполне применима для объяснения смысла обязанности в социальном пространстве. Посмотрим, как это понимает Садху Махарадж.

Садху Махарадж: «То есть человек должен иметь права на жизнь, на счастье, на образование, ну на все прекрасное. Это право. Но когда мы абсолютизируем право, ставим его на первое место, то мы превращаемся в потребителей входящих в претензию на право. И мы забываем о том, что право… Если у меня есть право на что-то, это означает, что кто-то с душою исполнил свои обязанности по отношению ко мне. Это ведь в жизни именно так работает. То есть если я получаю какое-то настоящее живое образование, право реализовал свое, то это произошло только потому, что в моей жизни встретился учитель, который с душой исполнил свою обязанность по отношению ко мне».

Разделение права и обязанности возникает либо по отношению к внешнему субъекту, либо по отношению к правилам, регулирующим взаимодействие с внешними субъектами, например, обязанность перед законом. По отношению к себе или по отношению к Богу такого разделения нет. Например, если я поступаю в соответствии с собой, со своей природой, то я это воспринимаю и как свое право поступать так, и свою обязанность перед собой. Если же я чувствую, что моя природа причастна Богу, то я свою свободу понимаю неразрывно с осознанием своего долга перед Богом, ибо осознание этого долга не ограничивает моей свободы. Однако в социальном пространстве я ограничиваю свое право поступать, чтобы не нарушать права других людей, и это ограничение права и есть обязанность. 

И вот тут возникает вопрос, как согласовать права и обязанности? Что тут первично? Садху Махарадж говорит, что право нельзя абсолютизировать и ставить на первое место, тем самым он абсолютизирует обязанность. В моем субъективном восприятии любое признание права другого человека отзеркаливается как абсолютизация моей обязанности перед этим человеком. Именно с такой субъективной позиции Садху Махарадж рассматривает диалектику прав и обязанности в социальном пространстве. Однако общество регулируется правовой системой, в которой права и обязанности рассматриваются безотносительно к той или иной субъективной позиции и независимо от того, о какой личности речь. В одних случаях приоритет отдается тому или иному праву, в других – той или иной обязанности. Регулируется это принципом правовой справедливости, на котором держится правовая система общества. 

Однако, Садху Махарадж отождествляет обязанность с джайва-дхармой, а потом переносит его на свое субъективное восприятие обязанности в социальном пространстве. Но джайва-дхарма отличается от наймиттика дхармы, и, соответственно, понятие обязанности функционирует в системе права иначе, не так, как представляется в субъективном восприятии, и это вполне можно описать в категориях несимметричной диалектики.

Понятие, которое характеризует состояние само по себе, с позиции несимметричной диалектики рассматривается как абсолютное, а понятие, которое определяется через отношение к чему-либо иному – как относительное. Право – это область возможного поступка. Эта возможность просто признается за человеком как то, что присуще ему самому по себе. Обязанность – это категория отношения, оно не рассматривается само по себе. Обязанность всегда перед кем-то, либо перед людьми, либо перед законом, регулирующим жизнь людей. Поэтому право – это абсолютная категория, а обязанность – относительная. 

В правовой системе обязанности устанавливаются не как вздумается, а как необходимые требования, чтобы обеспечить права в конкретных ситуациях. Например, чтоб обеспечить право на жизнь при полете пассажиры перед посадкой обязаны предоставить вещи для досмотра, а если на страну нападает враг, то граждане обязаны ее защищать, в том числе и с оружием в руках. То есть право остается неизменным, а обязанность определяется в зависимости от ситуации, и поэтому носит относительный характер по отношению к праву. Противоположная позиция, когда обязанность абсолютизируется, а права рассматриваются как что-то относительное, неизбежно приводит к произволу и диктатуре.

Итак, метод несимметричной диалектики позволил выявить ошибку в рассуждениях Садху Махараджа. Суть ее в отождествлении понятия обязанности в социальной сфере с субъективным представлением об обязанности, которое в свою очередь смешивается с пониманием джайва-дхармы. Однако если долг перед собой и перед Богом носит абсолютный характер, то обязанность перед внешним субъектом – относительный. Если обязанность перед внешним субъектом мы будем отождествлять с долгом перед Богом, то тем самым на место Бога поставим внешнего субъекта. В лучшем случае будем рассматриваем их как двух конкурирующих субъектов, между которыми выбираем. Однако такая позиция ведет к моральному релятивизму и упадку дхармы.